• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Важные объявления 1

На круглом столе в ИГИТИ обсуждалась проблема фальсификации документа в современной культуре

13 декабря 2011 года Институт гуманитарных историко-теоретических исследований имени А.В. Полетаева ВШЭ провел круглый стол «Статус документа в культуре: проблема фальсификации», подводящий итоги проекта «Статус документа в современной культуре: теоретические проблемы и российские практики».

В своем вступительном слове руководитель проекта – Ирина Михайловна Каспэ (ИГИТИ) – отметила, что тема фальсификации оказалась сегодня на редкость актуальной, однако замысел круглого стола был связан с теоретической проблематикой – с опорной для проекта в целом идеей описать документ через проблематику социального доверия. Документ  как посредник необходим в ситуациях, когда прямые механизмы межличностного доверия (вроде «честного слова» или «чистых глаз») по какой-либо причине не удовлетворяют участников взаимодействия. А значит, документ связан с опытом недоверия, периодически обнаруживает недостаточность своих реквизитов и является постоянным объектом сомнений и проверок на фальсификацию. Как различить документ и фальсификат и могут ли в принципе существовать устойчивые критерии, позволяющие это сделать, на каком понимании документа подобное различение основывается и какие  оптики рассмотрения документа могут оказаться здесь особенно продуктивными – вот те вопросы, которые предложено было обсудить на круглом столе.

Мощный теоретический импульс обсуждению задал своим докладом Виктор Семенович Вахштайн (РАНХиГС). Апеллируя к исследованиям судебных практик в США, докладчик отметил, что современное понимание документа – и, соответственно, фальсификата – все в большей степени определяется прагматической оптикой. Это означает, что при аналитическом различении «подлинного» и «поддельного» все большее внимание уделяется не структуре и семантике документа, но различным ситуациям, в которых он «участвует», причем повышенное значение придается интонациям, жестам, мимике взаимодействующих посредством документов людей. Противостоит определению документа как контекстуально обусловленного феномена более традиционный формалистский подход, базирующийся на двух положениях: во-первых, документ имеет фиксированный смысл, во-вторых – существуют социальные институты, этот смысл закрепляющие. Однако, несмотря на противостояние, эти два подхода, по словам В. С. Вахштайна, имеют общую аксиоматику, разнясь лишь в методологии. Оба подхода подразумевают, что документ – не субстанциален, что он лишен каузальной силы, наконец, оба подхода рассматривают документ как текст. Как подчеркнул докладчик, легче всего поддается критике третье положение: семиотическая метафора (документ как «текст»), не является единственной или наилучшей. Например, определяя документ как «механизм», можно вырваться из порочного круга формалистско-прагматического подхода, так или иначе редуцирующего документ и проблематику границы между документом «подлинным» и «фальшивым» к социальным практикам и институтам. По мнению В.С.Вахштайна, документ, рассматриваемый как механизм, будет признан как субстанциальным, так и обладающим казуальной силой, что открывает широкое поле для дальнейших исследований.

Елена Юрьевна Васильева, опираясь на опыт исследований, проведенных в ФОМ, предупредила об опасности увлечением «модными» концепциями при определении документа (и, в частности, прагматическим подходом). Апеллируя к классическому определению знака, докладчик предложила жесткое семиотическое определение документа. Знак, как совокупность означающего и означаемого, может служить удобной и работающей метафорой в отношении документа. В таком случае, документ представляет собой единство означающего (некий материальный носитель) и означаемого (некий социальный смысл). Иными словами, критерием документа является предоставление достоверной информации. Тогда любой документ, полученный в обход принятых в обществе социальных правил, норм и процессов, – т.е обнаруживающий несовпадение означающего и означаемого – является фальшивкой. Социальные практики прошлого способствовали тому, что в современной России выделяются две основные формы восприятия документа. Во-первых, документ воспринимается как нечто безусловно значимое. Во-вторых, любые процессы, связанные с оформлением, получением или предъявлением документов, ассоциируются с большими трудностями, кажутся лишенными какого-либо прозрачного смысла. Эти два фактора становятся залогом лояльного отношения россиян к покупке документов (за исключением разве что покупки паспорта) – такого рода документы часто не расцениваются респондентами ФОМа как фальсифицированные. Происходит вторжение рыночного образа мышления в сферу социального. Как показала в своем выступлении Е.Ю.Васильева, ситуация «конца социального» приводит не только к товаризации документа, но и к анонимизации и, как следствие, атомизации общества.

Другую оптику рассмотрения проблемы предложила в своем докладе «Тело как документ и стратегии его фальсификации в сообществе "имитушек"» Галина Анатольевна Орлова (Южный федеральный университет). Подтверждая тезис В. С. Вахштайна о том, что документ не всегда является текстом, докладчик предложила рассмотреть само человеческое тело как документ. Поводом для такого взгляда стало знакомство Г.А.Орловой с сообществом «имитушек» – женщин, готовящихся усыновить ребенка и в процессе подготовки усыновления имитирующих беременность. Применяя при этом различные методы фальсификации, участницы сообщества пытаются вжиться в роль беременной женщины, прожить этап беременности. В этом случае проблема фальсификации проявляет себя в неожиданном – позитивном – смысле. Интересно отметить, что «имитушки» весьма аккуратно относятся к соблюдению всех правовых норм, т.е. к различного рода документам, установленным законодательством. Тем не менее тело как основной «документ», подтверждающий процесс беременности, тщательно оберегается от любых практик, способных разоблачить фальсификацию. Члены этого сообщества, например, всеми силами избегают любой медиализации тела (фото и видеосъемка).

Подытожил обсуждаемые проблемы на более широком историческом и культурном материале Борис Владимирович Дубин (Левада-центр). Он обратил внимание на один интересный парадокс: в обществах с устойчивой социальной иерархией потребность в документах и документации, как правило, минимальна. Значимость документа повышается на сломах этой иерархии – документ, призванный утвердить и подтвердить некую установленную реальность, оказывается нужен именно тогда, когда сама социальная реальность кардинально меняется или, что то же самое, находится под угрозой исчезновения. Чем более атомизированным становится общество,  тем более важную роль играет документ, а следовательно, и его фальсификат. И если верно высказанное в докладе Е.Ю.Васильевой предположение, что подделка документов приводит к дальнейшему распадению общества, то мы сталкиваемся здесь с неразрешимой ситуацией, замкнутым кругом: атомизация провоцирует распространение фальшивых – то есть «недействующих»  – документов, а когда документы перестают действовать, разрушается социальный порядок. Как подчеркнул Б.В.Дубин, документ оказывается удивительно интересным объектом исследования, вопреки кажущейся на первый взгляд простоте и самоочевидности. Документ – это всегда смысловой палимпсест, и в ходе его концептуализации непременно будут затронуты самые важные проблемы современного общества.

Завершая круглый стол, Ирина Михайловна Каспэ отметила, что разговор о фальсификации и фальсификатах открывает перспективы описания самого документа. Ведь вместе с необходимостью доказательства подлинности неизбежно появляется и фальсификация, в этом смысле определение «подлинного» невозможно без обращения к «фальшивому», а сущность документа невозможно ухватить, не обращаясь к его противоположности – фальсификату. Поблагодарив коллег за интересные доклады и предложенные точки зрения, Ирина Михайловна выразила надежду, что готовящаяся по результатам проекта книга сможет вызвать такой же живой интерес аудитории и станет новым поводом для дальнейшего совместного обсуждения.

Алексей Плешков, стажер-исследователь ИГИТИ


См. также полную видеозапись крулого стола и фоторепортаж.


 

Нашли опечатку?
Выделите её, нажмите Ctrl+Enter и отправьте нам уведомление. Спасибо за участие!